Автор Тема: Резерв 2  (Прочитано 166 раз)

IvanSovok

  • Модератор
  • Смотрящий
  • ***
  • Сообщений: 148
Резерв 2
« : 13 Декабрь 2018, 13:19:08 »
2 https://www.kramola.info/vesti/protivostojanie/diskriminaciya-muzhchin-v-semeynom-prave
https://alexandernikolaevichbiryukov.ru/books/5-nenastoyashchij-muzhchina
РАЗВЕРНУТЬ СКРЫТЫЙ ТЕКСТ
Дискриминация мужчин в семейном праве
Опубликовано 9 января, 2019 - 06:36
 В этой главе книги "Ненастоящий мужчина" разбираются как статьи законов, касающиеся семейного права, так и правоприменительная практика, которая в ряде случаев кардинально противоречит законодательству.
Семейный кодекс Российской Федерации (который я называю антисемейным), вслед за Конституцией, утверждает, что мужчина и женщина равны в сфере решения дел семейных. Так ли это — давай разбираться. Для начала я напомню тебе некоторые цифры статистики.

Количество разводов в России за первую половину 2014 года составляет чуть более 80% от количества заключённых браков. Причём цифры сильно разнятся в зависимости от региона. На Кавказе (Чечня, Дагестан, Ингушетия) разводов 8-12% от количества браков. А, например, в Алтайском крае (за первый квартал 2014 года) — 103%. Это значит, что количество разводов за это время превысило количество заключённых браков. Среди русского населения мегаполисов (с учётом цифр по в национальным республикам) можно предположить 90% разводов.

При этом 80% браков распадается по инициативе женщин. Странно, да? Нам всегда говорили, что женщины, наоборот, держатся за семью, что они хотят детишек и домашний уют. Хотят, да только муж им при этом мешается. Матриархальная семья феминистической России не предполагает мужа дома. Его квартиру — да. Его деньги — да. Но не его самого. Конечно, если посмотреть данные опросов, то там указаны вполне уважительные причины развода. Но какая женщина (учитывая женский конформизм и боязнь выглядеть не так благовидно, как хотелось бы) признается, что муж ей нужен был как спермодонор и спонсор?

В 97% случаев суд при разводе отбирает детей у мужчины и передаёт их женщинам. Таким образом суды следуют старому, ещё времён ранней советской власти, постановлению Верховного суда. Самое время прочитать мою статью, которую я написал ещё в 2012 году и которая более чем актуальна до сих пор. Она посвящена женскому брачно-разводному аферизму с использованием семейного кодекса.
РАЗВЕРНУТЬ СКРЫТЫЙ ТЕКСТ
Дабы не растекаться мыслями по древу, начну с главного:
Нынешнее (анти)семейное законодательство и судебная практика стимулируют брачно-разводный аферизм, делая развод выгоднее брака и давая значительные правовые преимущества и прямую финансовую выгоду тем, с кем по решению суда остаются дети.
Вот, собственно, весь тезис, в котором сокрыт огромный деструктивный смысл.
Перейдём к расшифровке.
Семейный кодекс Российской Федерации вывел свою суть из семейного кодекса СССР, почти не учитывая (или учитывая лишь формально) трёх факторов.
Первый фактор — имущественный. У людей появилась частная собственность. Вернее, она была и раньше, но весьма незначительная, поскольку частного бизнеса не было (фарцовщиков и наркоторговцев не учитываем), не было накопления капитала. Квартиры простых людей, дачи начальства — всё было государственным, то есть гражданам не принадлежало. Ни продать, ни завещать жильё люди не могли. Правда, на закате советской власти появились кооперативные квартиры, но и те нельзя было ни продать, ни завещать. Сколь-либо значительных сбережений тоже не было. Сейчас у людей есть возможность создавать капитал, чем многие и занимаются. Если при советской власти все были одинаково бедны, то нынче есть миллиардеры, миллионеры, те, кто сводит концы с концами, и те, кто живёт за чертой бедности, причём имущественное расслоение общества очень значительное — вплоть до кастовости. Сюда же ещё отнесём фактически неработающие социальные лифты (один из главных признаков кастового общества): элита обновляется за счёт детей элиты, средний класс обновляется за счёт детей среднего класса, беднота — за счёт детей бедноты. Если проследить биографию нынешних политиков, олигархов, то будет видно, что все они — выходцы далеко не из простого народа и уже на старте карьеры имели значительное преимущество по сравнению с другими людьми, что и решило исход дела. Не спорю, есть личности, которые выбиваются из низов в большие начальники. Но количество таких случаев настолько мало, что «подъём» следует объяснять не социальными лифтами, а исключительными личными и деловым качествами и чертовским везением. Казуистика, а не закономерность. Перейти в более высокую касту, не обладая исключительными личными и деловыми качествами, можно только «присосавшись» к человеку из этой касты, иным словами, найти себе «толкача», который будет тебя продвигать — за деньги ли, за красивые глазки ли — не столь важно.
Второй фактор — мораль, нравственность, воспитание и, соответственно, отношение людей к аферизму как к таковому. Дабы не пускаться в пустые споры, согласимся, что жулики были, есть и будут при любом строе в любой стране. Но, как говорил Глеб Жеглов, правопорядок в стране определяется не наличием воров, а умением властей их обезвреживать. Я бы перефразировал и сказал, что правопорядок определяется ДОЛЕЙ аферистов в обществе, ОТНОШЕНИЯ ОБЩЕСТВА К НИМ и, разумеется, способностью правоохранительных органов бороться с ними.
Что же получается? В советский период (не будем брать царскую Россию, нравы которой до конца не удалось сломить даже большевикам) меркантильное, потребительское отношение к людям осуждалось. Проповедовались человеколюбие, альтруизм, командный дух, честность. «Мещанство», «вещизм» осуждались. Сейчас, живя в период всеобщего «кидалова», мы снисходительно смеёмся над советской моралью, она кажется нам фальшивой и пафосной. В настоящее время умение обмануть ближнего называется «умением жить», «деловой хваткой», «коммерческой жилкой». Разумеется, способность надуть того, кто тебе доверяет, своего партнёра, друга, коллегу никакого отношения к «делу» или «бизнесу» не имеет. Однако в смутное время, в котором наша страна пребывает уже более 20 лет, все нравственные ориентиры не только сбились, но и инвертировались. Вместо правды и доверия ценится ложь и недоверие, вместо партнёрства — «кидалово». Одновременно подобный образ жизни широко рекламируется СМИ, бульварными романами, фильмами (в особенности сериалами). Дети, подростки, молодёжь видит, что, работая, много не заработаешь, а обманывая, кидая и отжимая, будешь успешен, богат, знаменит. Тебе будут завидовать, как подростки 90-х (мои ровесники) завидовали бандитам и тем, у кого бандиты родители. Хотеть стать инженером, врачом или офицером считалось признаком «лоха». И это не среди низов, а во вполне благополучном подростковом сообществе среднего класса. Потребительство уже настолько въелось в сознание людей, что стало частью их сущности. «Отжать», «кинуть» партнёра, ввязаться в афёру — всё, что угодно, лишь бы только получить заветную безделушку. Любое упоминание нравственности или даже здравого смысла здесь вызывает лишь улыбку. Но — самое главное — ОБЩЕСТВО ЭТО НЕ ТОЛЬКО НЕ ОСУЖДАЕТ, НО И ПРИВЕТСТВУЕТ И ВСЯЧЕСКИ ПООЩРЯЕТ. Иными словами, ближние стали для людей не более чем инструментом достижения эгоистических интересов, и общество не против.
И третий фактор — в конфликте мужчины и женщины общественное мнение (и суд в том числе) всегда будет на стороне женщины, кто бы ни был виноват на самом деле. Причины мы обсудили в главах «Феминизм» и «Постиндустриальный период».
Этих трёх моментов наш (анти)семейный кодекс не учитывает.
1. У людей появилось то, что можно делить;
2. У людей появилось непреодолимое желание разделить чужое;
3. В споре мужчины и женщины мужчина априори обвиняемый.
(Анти)семейный кодекс и судебная практика способствуют этому.
Читаем 2 и 3 пункты статьи 31 СК РФ:
Статья 31. Равенство супругов в семье
2. Вопросы материнства, отцовства, воспитания, образования детей и другие вопросы жизни семьи решаются супругами совместно исходя из принципа равенства супругов.
3. Супруги обязаны строить свои отношения в семье на основе взаимоуважения и взаимопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи, заботиться о благосостоянии и развитии своих детей.
Да, сказано хорошо. Но что получается на деле?

Вопросы материнства решаются женщиной единолично, поскольку нет ни одного закона, нормативного акта, который каким-либо образом позволял бы мужу (законному мужу!) реально влиять на деторождение. Аборт законодательно отнесён к медицинским услугам — приравнен к липосакции или подтяжке лица. Коль скоро нет закона, то нет и средства реального влияния на женщину, единолично решившую сделать аборт или сохранить беременность. Она имеет право убить нерождённого ребёнка, даже не проинформировав его отца.

Вопросы отцовства, как ни странно, тоже решаются женщиной единолично! Законный муж и отец не имеет права решать свои собственные — отцовские — вопросы! Залетит ли женщина и возьмёт его «на пузо», убьёт ли желанного ребёнка — как уже было сказано, решает женщина, и только она.

Итак, запомним, что вопрос рождения (что важнее в этой статье) или нерождения ребёнка решается женщиной единолично. У мужчины нет рычагов воздействия, кроме убеждения (которое бесполезно, если женщина умышленно готовится к афёре) и криминальных методов (которые противозаконны и опасны по понятным причинам).

«Супруги обязаны строить свои отношения в семье на основе взаимоуважения и взаимопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи». Звучит складно. Но, учитывая второй фактор (тотальное кидалово и потребительство), какова вероятность, что взаимоуважение, взаимопомощь, содействие благополучию и укреплению семьи не останутся пустым звуком? Вероятность крайне мала, и доказательство этому — статистика разводов, которые в 2014 г составили более 80% от количества заключаемых браков. Люди отвыкли договариваться, притираться друг к другу, решать проблемы диалогом. Интересы мужчины и женщины целенаправленно противопоставляются. Нужно ли здесь долгое объяснение?
РАЗВЕРНУТЬ СКРЫТЫЙ ТЕКСТ
Читаем дальше. Статья 41 («Брачный договор») говорит нам, что есть средство защиты своего капитала и инвестиций в семью от посягательств со стороны аферистки или афериста. Но, во-первых, он не может регулировать вопросы, с кем останутся дети после развода и каким образом бывшие супруги будут их содержать (что очень важно и о чём мы поговорим чуть позже). Во-вторых, как выясняется, уже пункт 3 статьи 42 СК запрещает брачному договору «содержать другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства». О том же говорит пункт 2 статьи 44. Формулировка крайне размытая, поэтому суд может интерпретировать её как угодно и признать ничтожным абсолютно любой брачный договор. Что такое «основные начала семейного законодательства» и где эти начала водятся — вообще загадка.
Итак, брачный договор, формально обозначенный в законе, на деле мало чего стоит.
Однако центральным событием брачного аферизма является развод, и, соответственно, раздел имущества, борьба за место жительства ребёнка («делёж детей») и алименты.
И тут опять смотрим две интересные цифры статистики.
Из колоссального объёма разводов 80% происходят по инициативе женщин. Трудно поверить, чтобы 80% мужчин России были поголовно пьяницами, маньяками, насильниками, преступниками и прочими мерзавцами. Какая-то часть действительно ведёт аморальный образ жизни, но уж точно не 80%. Однако тут на помощь приходит другая цифра — 95-98% детей суд оставляет с матерью. Такое неравноправие родителей повелось ещё со времён ранней советской власти и продолжается до сих пор. Никакого женоненавистничества — факты говорят сами за себя. При этом цифра столь огромна вовсе не потому, что мужчинам не нужны дети. Напротив, в год суды рассматривают сто двадцать тысяч исков от отцов, которые хотят, чтобы дети жили с ними. Это более 50% отцов. Чаще всего мужчины имеют гораздо более благоприятные условия для жизни детей, чем матери. Но всё бесполезно. Матриархальный суд считает, что мужчины таким образом хотят просто отомстить жене или не платить алименты. При матриархате всегда виноват мужчина.
« Последнее редактирование: 04 Февраль 2019, 09:13:03 от IvanSovok »